Польша стала вторым домом для многих беларусов и украинцев. Однако некоторые из них спустя время выбрали для жизни другие страны. MOST узнал у них, почему они приняли такое решение и что так и не смогли принять в Польше.
За те же деньги нашли квартиру в Валенсии
У беларуски Екатерины большой опыт жизни в эмиграции. Полтора года она жила во Вьетнаме, потом некоторое время — в Грузии и Венгрии, а последние два года живет во Вроцлаве. Еще до переезда в Польшу она и ее молодой человек понимали, что в этой стране они не останутся навсегда. В итоге они приняли решение перебраться в Испанию.
— Мне кажется, что Польша — это такая немножко «недоевропа». Об этом говорит ее общий уровень благосостояния, размер зарплат и инфраструктура, которая не дотягивает до среднеевропейской. Но при этом стоимость аренды недвижимости здесь выше или такая же, как в Испании, куда я переезжаю через две недели.
Девушка считает странным платить тысячу долларов за хорошую однушку во Вроцлаве, если за эту же сумму можно арендовать квартиру в Валенсии.
— Если сравнить с другими странами Европы, то в Польше сейчас одна из самых высоких стоимостей аренды относительно среднего дохода. Например, мы с парнем недавно нашли квартиру в Валенсии площадью 91 квадратный метр за те же деньги, которые сейчас платим за жилье. При этом в Испании меня больше привлекает и культура, и энергичный язык. А Польша, как по мне, немного зажатая. Местный менталитет мне, мягко говоря, не зашел: я встречала много хмурых и не очень открытых людей. Они не очень хотят помогать людям, особенно тем, кто плохо говорит по-польски.
Екатерина говорит, что в других странах ей намного быстрее удавалось находить общий язык с местными жителями.
«Нужно держаться всем вместе»
Украинка Мария переехала в Польшу с дочкой и внучкой в мае 2022 года, спасаясь от войны. Первые полгода она не задавалась вопросами, нравится ли ей и хочет ли она остаться здесь надолго — все это время она жила надеждами на скорое возвращение в свой дом в Николаеве.
Спустя полгода дочь и внучка женщины решили переехать в Германию.
— Дочка видела там больше возможностей для себя в качестве веб-дизайнера. К тому же она знает немецкий, — объясняет Мария.
Сначала женщина была категорически против переезда родных и отказывалась ехать в новую страну, которая находится еще дальше от Украины. Но спустя несколько месяцев жизни в одиночестве поняла, что война быстро не закончится и «нужно держаться всем вместе».
— Я понимаю, что нужна там дочке, чтобы следить за внучкой, пока она работает, поэтому переехала к ней. Немецкий язык я так и не начала учить и вряд ли буду, да и желания до конца своих дней прожить на чужбине у меня нет. В 65 лет начинать сначала строить свою жизнь я не хочу и планирую при первой же возможности вернуться домой. К сожалению, моя дочка другого мнения: в Украину возвращаться она не планирует и хочет закрепиться в Европе. Пока что она для себя выбрала Германию, а если здесь не получится, то может и до США долететь, как сделали ее друзья по специальной программе для украинцев.
«За полгода пришлось драться несколько раз»
Кирилл уехал из Беларуси четыре года назад, еще до начала протестов 2020 года. За это время молодой человек успел пожить в четырех разных странах, а в последние два года живет во Вроцлаве. Но в этом году планирует уехать в одну из стран Западной Европы.
При переезде в Польшу у молодого человека не было «каких-либо иллюзий», так как раньше он жил некоторое время в Познани. Но не ожидал, что придется столкнуться с таким количеством неприятностей.
— На мой взгляд, Польша — прекрасное место для временного жительства. Здесь созданы условия для легализации, а у поляков относительно адекватное отношение к людям с беларусским паспортом. Но минусов, о которых пришлось узнать, гораздо больше.
Одним из них Кирилл называет парализованную правоохранительную систему.
— Арендуя квартиру в самом центре Вроцлава, я много раз был свидетелем ужасных ситуаций. Только за прошедший год мне приходилось драться три-пять раз, хотя раньше я этого ни разу не делал. Например, возле моего подъезда живут бомжи. Они спят либо на земле, либо на лавочках во внутреннем дворике, там же они пьют и употребляют наркотики. Нередко возле подъезда можно увидеть следы их испражнений. К сожалению, полицейские на мои вызовы и обращения практически не реагируют. Говорят, мол, нам нет смысла выписывать им штраф — они все равно его не оплатят.
Еще Кирилл обращает внимание на агрессивных людей в городе. Однажды на его глазах мужчина столкнул девушку с самоката и начал «распускать руки». В другом случае пьяный мужчина размахивал руками перед лицами прохожих и случайно толкнул отца с коляской.
— Я не мог спокойно пройти мимо этой ситуации — скрутил неадеквата и отвел в ближайший пункт Straż Miejska (городская охрана. — Прим. ред.). Однако привлекли его к ответственности не за нахождение в состоянии алкогольного опьянения в общественном месте, а за то, что он, будучи уже в наручниках, напал на полицейских. Тогда он получил «уголовку».
«Были видны черты лица, одежда и татуировки нападавшего. Но это не помогло в поисках»
Однажды напали и на Кирилла. Работой правоохранителей молодой человек и тогда был огорчен.
— Чтобы дело квалифицировали по статье о разжигании межнациональной розни, я должен был долго разговаривать с полицейскими и местами настаивать на своем. Делать этого они очень не хотели, а когда принимали заявление, подшучивали, мол, это обычное дело, зачем ты вообще к нам пришел.
Кирилл сам предоставил видеоматериалы, которые свидетельствовали о нападении.
— На них были видны черты лица, одежда и татуировки нападавшего. Но это почему-то не помогло в поисках. К моему удивлению, позже следователь извинился передо мной за сложившуюся у них в отделе модель работы.
Прогресса в деле о нападении на Кирилла не было, и вскоре его приостановили.
— Несмотря на то, что в официальной статистике написано, что по этой статье раскрываемость преступлений доходит до 90%, через месяц мне прислали письмо о возбуждении уголовного дела, а на следующий день прокуратура сообщила, что заморозила его в связи с невозможностью установить личности подозреваемых. На письмах была указана дата с разницей в четыре дня. Видимо, они очень долго искали подозреваемых, — иронизирует Кирилл.
«Меня однажды чуть не сбил трамвай»
Еще один момент, который возмущает молодого человека в Польше, — невозможность купить «простейшие препараты» без рецепта. Также Кирилла не радует работа общественного транспорта и дорожная инфраструктура.
— Самое ужасное — это рассинхронизированные светофоры, которые создают пробки и провоцируют людей на нарушение ПДД, тем самым подвергая их жизни опасности. Например, из-за неправильно спроектированного перекрестка меня однажды чуть не сбил трамвай. Кроме того, во Вроцлаве нормальной практикой является ожидание автобуса или трамвая с опозданием на 20 минут и более. Мой личный рекорд составил 120 минут.